Поэтому порочный и нечистый дьявол, который вышел из жены царя, и его сына и его невестки, изгнанный Матафией, преобразившись в подобие воина, встал перед царем и сказал ему: "О царь, почему ты так унижен этим чужеземцем и колдуном? Разве ты не знаешь, что он назван апостолом Исусом, Который был распят иудеями? Ибо, вот, твоя жена и твой сын и твоя невестка, наученные им, уверовали в Него, и вместе с ним поют в церкви. А теперь, смотри, вот Матафия выходит, и Платон с ним, и они идут к вратам, именуемым Тяжелыми; но поспеши, и ты застанешь их, и ты сможешь сделать с ним всё, что будет угодно в твоих глазах".
Царь, услышав это, и будучи еще более возбужден лжевоином, послал против Матафии четырех воинов, пригрозив им и сказав: "Если вы не приведете ко мне Матафию, я сожгу вас заживо огнем; и вы также претерпите то наказание, которому он подлежит". И воины, запуганные царем, вышли с оружием туда, где были апостол Матафия и епископ Платон. И когда они подошли к ним, они хорошо слышали, как те разговаривают, но никого не увидели. И придя, они сказали царю: "Мы просим тебя, о царь, мы пошли туда и никого не нашли, но только слышали голоса говорящих людей". И царь, разъярившись и пылая как пламя, приказал послать еще десять воинов – людоедов, говоря им: "Идите скрытно на то место и разорвите их живыми и съешьте Матафию и Платона, который с ним". И когда они уже подходили к блаженному Матафии, Господь Исус Христос, придя в подобии прекраснейшего младенца, держа зажженный факел, выбежал им навстречу и выжег им глаза. И они, завопив и отбросив оружие, убежали и пришли к царю, лишившись речи.
И демон, являвшийся прежде царю в облике воина, вновь преобразился в воина, стал перед царем и сказал ему: "Ты видишь, о царь, чужеземец заколдовал их всех. Узнай же, как тебе взять его". Царь сказал ему: "Скажи мне сначала, откуда у него сила, чтобы я мог знать это, и тогда я двинусь против него с большей силою". И демон, принуждаемый ангелом, сказал царю: "Поскольку ты желаешь услышать доподлинно о нем, о царь, я скажу тебе всю правду. Поистине, пока он не захочет сам быть схваченным тобою, ты утруждаешься впустую, и ты не в силах будешь причинить ему вред; но если ты захочешь схватить его, он поразит тебя слепотою, и ты будешь обездвижен. Если ты пошлешь против него множество воинов, они также будут поражены слепотою и будут обездвижены. И придем мы, семь самых нечистых демонов и тотчас же уничтожим тебя и всё войско и разрушим весь город молниями, кроме тех, кто призывает это ужасное и святое Имя Христово; ибо там, куда ступила их нога, оттуда мы бежим изгоняемые. И даже если ты подвергнешь его огню, огонь станет для него росою; и если ты бросишь его в печь, печь станет для него церковью; и если ты закуешь его в цепи в темнице и запечатаешь полы в ней, двери откроются перед ним сами собою, и все верующие в это Имя войдут в неё и скажут: "Эта темница – церковь Бога Живого и святое жилище для тех, кто живут одни". Вот, о царь, я сказал тебе всю правду". Царь же сказал лжевоину: "Поскольку я не знаю Матафию, ты пойдешь со мною и укажешь мне его издали, и возьми от меня золота столько, сколько ты захочешь, или иди сам и мечом своим убей его и его товарища Платона". Демон сказал ему: "Я не могу убить его. Я даже не смею взглянуть ему в лицо, видя, что он разрушил весь наш род Именем Христовым, которое он провозглашает". Царь сказал ему: "Кто же ты?" И тот сказал: "Я – демон, живший в твоей жене, сыне и невестке; и имя мое – Асмодей; и этот Матафия изгнал меня из них. И теперь, вот, твоя жена и твой сын и твоя невестка поют вместе с ним в церкви. И я знаю, о царь, что ты тоже после этого уверуешь в него". Царь сказал ему: "Кто бы ты ни был, многоликий демон, я заклинаю тебя Богом, Которого, как ты говоришь, провозглашает Матафия, уйди отсюда, не причиняя вреда никому". И тотчас же демон, уже не как воин, но подобно дыму сделался невидимым; и убегая, он прокричал: "О тайное Имя, вооружившееся против нас, я молю тебя, Матафия, служитель Бога Святого, прости меня, и я не останусь надолго в этом городе. Храни то, что принадлежит тебе; я же отправляюсь в вечный огонь". Тогда царь, весьма устрашившись тому, что ответил демон, оставался смирным весь тот день. А когда пришла ночь, и он не мог уснуть, потому что лег спать голодным, поднялся с рассветом и пошел в церковь с двумя лишь безоружными воинами, чтобы взять Матафию хитростью и убить его. И призвав двоих друзей Матафии, он сказал им: "Покажите Матафии, – сказал он, – что я хочу быть его учеником". И Матафия услышав и познав лукавство царя, и будучи также наставлен видением от Господа, вышел из церкви, увлекаемый за руку Платоном, и стал в дерях церкви.
И сказали царю: "Вот, Матафия в дверях!" И он сказал: "Кто он и где он, я не вижу". И сказали ему: "Вот он перед тобою". И он сказал: "Вовсе никого я не вижу". Ибо он был ослеплен силою Божьей. И он закричал: "Горе мне, несчастному! Какое зло пришло на меня, что мои глаза ослепли, и все мои члены обездвижены? О Асмодей Ваал-Зебуб Сатана! Всё, сказанное тобою, сбылось на мне. Но я молю тебя, Матафия, слуга Божий, прости меня, как вестник благого Бога; ибо несомненно Исус, Которого ты возвещаешь, три дня назад ночью явился мне, весь сияя как молния, прекрасным юношей и сказал мне: "Поскольку ты удерживаешь злые замыслы в порочности твоего сердца о Моём служителе Матафии, знай, Я открыл ему, что через тебя он освободится от тела". И тотчас же я увидел Его восходящим в небеса. И если это Он – твой Бог, и если Он хочет, чтобы твоё тело было погребено в нашем городе во свидетельство спасения последующих поколений, и ради изгнания демонов, я сам узнаю истину от тебя, когда ты возложишь руки на меня, и я обрету зрение". И когда апостол возложил руки ему на глаза и сказал: "Эффафа", Исус тотчас же возвратил ему зрение. И тут же царь, схватив апостола и увлекая его за десницу, хитростью привел его во дворец; и Платон был по левую руку от Матафии, и шел вместе с ним, не отпуская его. Тогда Матафия сказал: "О лукавый тиран, как долго ты не исполнял дела твоего отца дьявола?" И тот разъярился от сказанного: ибо он понял, что тот хочет предать его самой лютой смерти. Ибо тот решился предать его смерти в огне. И тот призвал нескольких палачей, чтобы отвести его на место на берег моря, где обычно совершались казни, говоря палачам: "Я слышал, – сказал он, – что Бог, Которого он возвещает, освобождает из огня тех, кто в Него верует. Поэтому, положите его на землю навзничь и растянув его, пронзите ему руки и ноги железными гвоздями, и накройте его бумагой, смазанною дельфиньим жиром, и покройте его самородною серой, асфальтом и смолою, и положите сверху паклю и хворост. Затем зажгите его; и если кто-нибудь из одного племени с ним возстанет против вас, он понесет такое же наказание.
И апостол увещевал братьев пребывать безстрашными и радоваться и идти с ним с великою кротостью, воспевая и славя Бога, потому что они были сочтены достойными обладать мощами апостола. Придя же на место, палачи, будто лютейшие звери, длинными гвоздями прикрепили к земле руки и ноги Матафии; и сделав всё, что им было приказано, поднесли огонь. И они потрудились несомненно тщательно, поджигая всё кругом; но весь огонь превратился в росу, так что братья, радуясь, закричали: "Единый Бог – у христиан, Он помогает Матафии, в Него мы уверовали: Единый Бог – у христиан, Он предохраняет Своего апостола от огня". И от этого голоса потрясся город. И некоторые из палачей пошли и сказали царю: "Мы, о царь, несомненно всякими ухищрениями отмщения зажигали огонь; но колдун неким именем погасил его, взывая ко Христу и призывая Его крест; и христиане, обступив его, играют с огнем, и ступая по нему голыми ногами, смеются над нами, и мы бежали посрамленными".
Тогда он повелел множеству народа приносить горящие угли из печи из дворцовой бани и двенадцать золотых и серебряных богов, и поставить их вокруг колдуна, чтобы он не заколдовал как-нибудь огонь из дворцовой печи. И там было много палачей и солдат; иные из них несли угли, а другие, взяв богов, понесли их. И царь пошел с ними, наблюдая, чтобы никто из христиан не запечатлел кого-либо из его богов и не заколдавал огонь. И когда они приблизились к месту, где был пригвожден апостол, его лицо было обращено к небу, и всё его тело было накрыто бумагою, и много хворосту было поверх его тела до десяти локтей в высоту. И повелев воинам расставить богов вокруг Матафии на расстоянии пяти локтей и укрепить их прочно так, чтобы они не падали, он опять приказал бросать угли и зажигать их повсюду. И Матафия, воззрев на небо, воскликнул: "АДОНАЙ ЭЛОЙ САВАОФ МАРМАРИ МАРМУНФ; то есть: Боже Отче, Господи Исусе Христе3 , спаси меня и сожги их богов, которым они поклоняются; и пусть огонь преследует царя в самом его дворце, но не погубит его, ибо, возможно, он покается и обратится". И когда он увидел, что огонь достиг чудовищной высоты, царь, думая, что Матафия сгорел, громко рассмеялся и сказал: "Принесла ли тебе какую-либо пользу твоя магия, Матафия? Может ли твой Исус теперь подать тебе какую-либо помощь?" И когда он сказал это, явилось страшное чудо: ибо весь огонь вместе с деревом отошел от Матафии и простерся на их богов, так что ничто золотого или серебряного не было видно; и царь бежал, говоря: "Горе мне, оттого, что мои боги сгорели от прещения Матафии, а весу в них было тысяча талантов золота и тысяча талантов серебра. Лучше боги из камня и глины, в них нет никакой примеси, ни чего-либо украденного".
